1. Интервью

Ольга Вильшенко: «Я жалею, что не родила больше детей»

30.11.2017

Дизайнер и мама троих мальчиков рассказала Beautyhack, как она пережила потерю дочери, снова стала мамой и научилась не откладывать счастье на потом.

 – Вы родили старшего сына 16 лет назад. Как все было тогда?

Мы жили в Челябинске, мне было 22 года, я училась на третьем курсе. Роды были очень тяжелые. Я хотела до последнего рожать сама, но так получилось, что не смогла. После 10 часов схваток меня повезли в операционную. Какое это было событие для меня? Сложно описать словами. Я была молода, но в то же время требовательна к себе, к ребенку и пыталась все это вместе связать – и любовь, и требовательность. 

–Вам помогали?

У меня два месяца жила свекровь, Сережина мама, она помогала, забирала у меня ребенка, чтобы я отдохнула, поспала. До родов я жила со старшей сестрой и наблюдала, как она стала мамой. Слышала, как ребенок не спал по ночам, видела весь процесс ухода за ним и думала, что я в принципе к этому готова. Но, когда родился мой собственный сын, мне стало ясно, что посмотреть и понять – невозможно. Это нужно прожить. Прошла неделя, прошла вторая, месяц, второй. И вдруг я испугалась, что все это будет только так. Не было осознания, что когда-нибудь малыш вырастет, и мама будет жить в другом, более комфортном ритме. Кирилл после тяжелых родов был неспокойный, его мучил дисбактериоз, он постоянно болел – раз в месяц стабильно. Причем это заканчивалось хрипами, ларингитом, потом бронхитом, потом нам поставили астму. Оказалось, все дело было в кишечнике. Мы вылечили кишечник, заселили правильно флору, поработали с массажистами. После этого иммунитет укрепился, и ребенок перестал болеть. 

–Младшим мальчикам четыре и полтора года, их вы уже рожали в Москве? Или в Лондоне?

 Мальчики родились в Швейцарии, в клинике Hirslanden в Цюрихе. Мы давно ездим в Швейцарию раз в год проверять здоровье, сдаем все анализы, если есть какие-то проблемы, лечимся тоже там. В Hirslanden работает врач, которому я доверяю больше десяти лет. Я лежала в прекрасной палате, и у меня совершенно не было ощущения, что я в роддоме, – там нет классического больничного интерьера, везде красивые фотообои, ковры и потрясающий запах свежести и чистоты. А операционная – как космический корабль.

– Разница с вашими первыми родами была в одиннадцать с половиной лет. Что за эти годы поменялось в вашем восприятии материнства?

Все поменялось. Во-первых, после тридцати материнство, на мой взгляд, более осознанное. Тебе уже не нужно многому учиться, а главное – легче отдавать себя. Уже нет сожаления, что у подружек кипит жизнь, а я выбилась из колеи. Плюс к рождению второго сына я уже состоялась в карьере, и у меня не было страха упущенных возможностей.

–В вашей жизни была трагедия, вы потеряли Машу, когда ей было семь лет (второй ребенок Ольги, дочь Маша, ушла из жизни пять лет назад – прим. ред.). Повлиял ли этот трагический опыт на ваше отношение к детям?

Конечно, наша потеря повлияла на воспитание третьего малыша, Ильи. Это был такой подарок судьбы после Машиного ухода, что эмоции переполняли. Мы все над ним тряслись, баловали, и теперь он у нас директор, босс.

–А через сколько это произошло после того, как вы потеряли Машу?

Ровно через год. 4 августа были Машины похороны и 4 августа, ровно через год, у нас родился Илья. Я все связываю с Богом и верю, что это был Божий подарок. Да, можно было операцию запланировать, но врач сказал: «Мы не можем тянуть, сегодня – и все». Многие говорили, что я слишком рано забеременела, что, скорее всего, ребенок может родиться больным, такой стресс, такая трагедия, психологическая травма. Но я держалась всю беременность, для меня это было просто спасение. Конечно, никто не заменит нам Машу, но в любом случае рождение Ильи было утешением и огромной радостью для всей нашей семьи.

–Вы верите в Бога и в то, что любой опыт нам дан для переосмысления чего-то, для перехода на новый жизненный этап. Что изменилось в Вашей жизни после Машиного ухода?

Изменилось все. Некоторые говорят – «с ног на голову», а наша жизнь, наоборот, перевернулась с головы на ноги. Мы наконец-то поняли, в чем смысл жизни. Мой муж и я осознали, что вечная жизнь не за горами и что очень важно быть счастливым сегодня.

Мы, на самом деле, часто и не знаем, в чем же счастье? А счастье – это когда в душе все спокойно, радостно, когда ты не бежишь за пустым. Когда не болит голова, что у тебя чего-то нет, – если нет, значит, Господь тебя оберегает от этого. Кто знает, что там – за тем, чего ты хочешь? Нам дается ровно столько, сколько мы заслуживаем.

Столько, сколько мы можем вынести. Не каждый это понимает. Если случается какая-то беда, многие думают: «Почему это со мной случилось? В чем я не такой, как все?» – начинают сравнивать друг друга, жизнь, поступки. Думают: «Вон тот ведет себя еще хуже, чем я, а беда случилась со мной». В такие минуты важно сказать себе – хорошо, что Господь Бог немножко обращает на меня внимание и указывает мне, что не так. Так часто бывает с моим старшим сыном Кириллом: где-то шаг влево или вправо – и раз, как молотком по голове. И у него все время вопрос: «Мам, ну почему? Я даже 10% не делаю от того, что делает другой, а с него как с гуся вода». Я отвечаю, что в этом-то и суть. Все имеет силу бумеранга. Пусть тебя вовремя жизнь поставит на место, а кто-то, увы, может зайти так далеко, что будет очень больно. Нужно себя дисциплинировать и понимать, что всему свое время, на все есть правила и законы. Маша – наш ангел, она ушла, но через свой уход дала нам спокойствие, мир, любовь и дружбу. Наши отношения в семье стали совсем другими, мы все переосмыслили.

 –Изменилось ли ваше отношение к количеству детей в семье после потери Маши? Сейчас двое детей – это некая социальная норма. Выполнил норму – и окей, закрываешь тему. Мы сегодня живем в обществе потребления и часто уходим от истинного счастья в сторону простых наслаждений. Для вас дети – это счастье?

Вы правы, Ксения, действительно все так и было, двое детей для меня было нормой, больше и не нужно, хотя муж и просил. Но мне казалось, что это тяжело – особенно тем, кто пытается совмещать материнство с карьерой. Нельзя недооценивать профессиональную состоятельность. Она тоже важна, даже необходима, поэтому надо пытаться совмещать – но не откладывать рождение малыша. Биологические часы тикают и никуда не деться от старения. С годами женский организм слабеет, сложнее вынашивать и не спать ночами. И в этом смысле всем лучше немножко поторапливаться. Сегодня, уже будучи мамой троих детей, я жалею о той большой разнице, которая получилась между вторым и третьем ребенком. Сколько я могла бы в этот период нарожать детей! Сейчас я бы с удовольствием родила еще одного или даже двоих, благо операции, сделанные в Швейцарии, мне это позволяют.

– Вы много путешествуете с детьми. Как вы организуете совместные передвижения?

Когда родился Илья, которому сейчас четыре года, я уже была дизайнером. Бизнес активно развивался, и мне надо было быть и на выставках, и на презентациях, и на показах, а я кормила ребенка. Поэтому в любом случае нужно было передвигаться с ребенком и с няней. Конечно, каждая поездка сопровождалась переживаниями – как пройдет полет, как он выдержит. Но, слава Богу, все было нормально, мы летали раз в месяц, а иногда и чаще.

–  У Вас три мальчика, одному 16, а двое – в категории до 5 лет: какие Ваши базовые правила воспитания подростка и дошкольников?

Подростки бывают разные. У меня, например, было желание многое попробовать, но при этом я не выходила за границы безопасного пространства. У Кирилла (старшего сына) таких границ практически нет. Мы давали ему возможность свободы, но поняли, что она может завести его слишком далеко. Он поучился в лондонской школе и вернулся к нам. Теперь будет получать два образования: британское и российское, будет сдавать ЕГЭ.

–Вы жалеете, что отправляли его за границу?

Не могу сказать, что это была ошибка, это был опыт, который помог Кириллу раскрыться. Он стал более общительным, научился себя презентовать (что немаловажно в учебе), выучил английский. Мы поняли, что он силен в математике, и теперь будем выбирать ВУЗ, исходя из его сильных сторон. Но, конечно, теперь, когда он рядом, многие вещи стали проще. Я перестала скучать, я вижу, как он развивается, вижу моменты, которые нужно подкорректировать по учебе и вообще. И папа с ним больше общается, у них совместные теннисные турниры. Все же важно проводить с детьми больше времени, сколько бы им ни было лет.

Что касается малышей, у меня сейчас совершенно другие методы воспитания, чем были 16 лет назад. Я уже не мама-монстр, как раньше, у которой все должно быть по правилам. Я сейчас называю себя «бабушкой», тип заботливой бабушки. Единственное, чего я по-прежнему строго придерживаюсь, – это правила питания.

Я считаю, что питание должно быть выстроено с нуля в правильном русле. Многие говорят детям: ешьте все, пока маленькие, подрастете – будем корректировать. Я считаю, что это неправильно. Все идет из детства: любая привычка, любое пристрастие, особенно в еде. Поэтому у нас в холодильнике нет плохих или неполезных продуктов, нет сладкого. Если сладкое – то это мед.

–С Кириллом тоже было это правило?

Да, и сейчас, в 16 лет, он меня благодарит. Конечно, в сознательном возрасте он попробовал и сникерсы, и чипсы – но понял, что это не его. Потому что он к этим продуктам не привык. А если бы он с детства их ел, то, наверное, сейчас ему было бы тяжелее от них отказаться. Когда он был маленький, я говорила, что это и это нельзя, дома у нас этого нет. Естественно, были моменты, когда он возмущался или ел за спиной, но в любом случае это не было на ежедневной основе.

– У Феди и Ильи разница всего два года. Как они ладят между собой? Конкурируют?

Они друзья. Но Илья, конечно, ревнует к Феде, потому что Федя маленький и очень нежный.

–  Вы как-то с этой ревностью работаете?

Стараюсь уделять равное количество внимания. Если они вдвоем, то я выбираю игру, которая объединяет нас троих. В силу возраста Илья делает одно, а Федя – другое, но мы все втроем сидим и играем. Если я понимаю, что этого я сделать не могу, то я беру Илью, и мы идем в парк, пока Федя спит. И мы с ним гуляем, играем или идем в «Кофеманию», я заказываю ему его любимую еду, и мы сидим, общаемся и приходим обратно довольные. А когда папа уезжает в командировку, я их кладу к себе в кровать, и мы спим все вместе. Или читаем книжки – они любят, когда им читают книжки на ночь.

– Перейдем к Вашим бьюти-типсам. У вас очень красивый блонд. Где вы краситесь?

Я хожу в Aldo Coppola в «Весне», к колористу Ирине. Мне очень нравится, как она стрижет, и как красит, и как укладывает.

– А к косметологам Вы ходите?

 К косметологу хотелось бы ходить больше. У меня была Ольга Шабалина, тоже из Aldo Coppola. Она скоро вернется из декретного отпуска – жду этого момента с нетерпением.

–Как Вы в целом относитесь к инъекциям, аппаратной косметологии?

Инъекции стала делать недавно. Но считаю, что какие бы инъекции мы не подключали, уход всегда должен быть во главе. Если есть возможность – раз в неделю. Нет – раз в две недели, в месяц точно нужно быть у косметолога. Но и домашние средства тоже должны быть всегда под рукой. У меня сейчас японская косметика, которую мне подобрала Ольга, – RMK. По поводу инъекций – я делаю ботокс, но очень аккуратно. Был неудачный опыт в зоне лба, и у меня опустились веки. Год назад я делала инъекции филлеров, но мне не понравилось – у меня образовались какие-то складки. 

–Ботокс – это во многом способ предотвращения новых морщин, вы заметили этот эффект?

Это работает, но есть и обратная сторона. Все те морщины, от которых мы пытаемся избавиться, переезжают в другое место.

– Занимаетесь ли Вы спортом?

Всегда занимаюсь спортом, а после Федора начала заниматься более активно. У меня была съемка в net-a-porter, и мне надо было срочно привести себя в порядок. За полтора месяца до съемки я начала активно бегать по парку. Сначала было очень тяжело, а потом я вошла в ритм. Я могла бегать каждый день, особенно когда была хорошая погода. А когда погода стала портиться, я перешла в зал TerraSport Коперник: бег, групповые занятия.

–Как вы питаетесь?

Я недавно побывала в клинике Sha в Испании и после этой поездки перешла на веган-питание, убрала все мясо-молочные продукты и даже внесла некоторые коррективы в овощи. Стала себя чувствовать гораздо лучше и здоровее, отпала потребность в переедании, появилась гармония. На завтрак я ем разные крупы: пшено, овсяные хлопья, рожь, булгур, гречку с соевым, миндальным или рисовым молоком.

Сахар или какие-то сладкие продукты утром не рекомендуются, потому что они подбадривают нас на какой-то момент – не больше 30-40 минут, а потом, наоборот, на смену приходят сильная усталость и вялость.

Потом я использую органические хлебцы, не содержащие сахара или соли. Делаю сама яблочное пюре, это очень быстро. Очень важно, чтобы обед, завтрак и ужин включали в себя как можно больше красок: желтые, оранжевые, красные, зеленые. Если это однородная масса, например, гречка, важно добавить зеленых растений или желтенькой кукурузы.

– Каким маркам макияжа доверяете?

Я люблю Naked, BobbiBrown, M.A.C, японских производителей очень люблю: Shiseido, SK-II.

– Я восхищаюсь Вашей способностью совмещать любимое и очень большое дело с воспитанием троих детей. Восхищаюсь вдвойне, потому что многие после такой потери полностью ушли бы в материнство, замкнулись бы на нем, пытаясь отчасти эмоционально компенсировать свою потерю. Какие Ваши основные секреты такого совмещения? Какие правила вам помогают?

Обязательства. По-другому и не скажешь. Люди, которые со мной уже давным-давно, – мой инвестор, мои сотрудники и в Москве, и в Лондоне. Когда родились младшие мальчики, передо мной не было вопроса, надо ли все это оставить, закрыть или совершенно отказаться. Об этом и речи не было. Конечно, меня очень вдохновляют результаты. Для меня до сих пор выпуск каждой коллекции – сложный творческий процесс. Уже выбраны ткани и цвета, а ты все равно сомневаешься, пытаешься что-то улучшить или, наоборот, упростить. Это такой процесс, что если однажды его запустишь, потом уже не остановишься. А когда этот процесс идет успешно, когда хорошие продажи – которые очень важны в этом бизнесе – вдвойне сложно его остановить. Тебя засасывает, ты идешь дальше, и все, что ты хочешь, – это совершенствоваться любыми путями.

С ребенком просто учишься иначе организовывать себя, четче выстраиваешь планирование. Я могу сказать, что с детьми успеваешь больше, чем без детей, потому что они стимулируют делать все быстрее и рациональнее. Мои лондонские сотрудники все время удивляются, что я могу приехать на три дня – больше я не могу, слишком сильно скучаю по детям – и все успеть.

Иной раз, конечно, это тяжело. Например, я приехала – и заболела. Физически не могу доползти до офиса. Тут я уже не могу ничего сделать и пытаюсь расслабиться, отдаться в руки Господа и сказать: «На все твоя воля». Как правило, после этого что-то происходит – какое-то переосмысление, важная перезагрузка. И в следующий мой приезд все получается правильнее. Я сейчас доверяю всему, что происходит со мной каждый день. В любые моменты, радостные и не очень, все отдаю в руки Господа. Для кого-то это звучит смешно… Я тоже раньше смеялась. А теперь ко всему отношусь спокойно.

Интервью: Ксения Вагнер
Съемки проходили в бутик-ателье Olga Vilshenko
Адрес: Якиманский переулок, 6

Читайте также